В.И. Вернадский

Неизвестное об известном

Автор: Симаков К. В. , академик РАН
Источник: Вестник РАН. 2003. №3. С. 239—243.

В нынешнем году (2008 год, прим. ред.) исполняется 140 лет со дня рождения выдающегося естествоиспытателя-мыслителя академика Владимира Ивановича Вернадского. Творчеству одного из последних ученых-энциклопедистов посвящена огромная литература [1], и вряд ли можно (да и не нужно) добавить что-либо к тем оценкам его научных, философских, науковедческих, мировоззренческих или публицистических трудов, с которыми в последнее десятилетие нас знакомила «Библиотека трудов академика В.И. Вернадского», издававшаяся под общей редакцией академика А.Л. Яншина [2-10].

Творчество В.И. Вернадского всегда привлекало к себе внимание как специалистов, так и околонаучных «знатоков», пытавшихся ввести в «правильное» русло нестандартные взгляды этого самобытного мыслителя. Именно поэтому созданная уже в октябре 1945 г. Комиссия по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского (возглавлявшаяся до 1953 г. академиком Н.Д. Зелинским, а затем до 1975 г. учеником В.И. Вернадского академиком А.П. Виноградовым) не включила в опубликованный в 1954-1960 гг. пятитомник «Избранных сочинений» (давно ставший библиографической редкостью) работы Вернадского по биосферологии, философии естествознания, истории науки. Лишь в 1965 г., через 20 лет после кончины ученого, увидела свет его «книга жизни» — «Химическое строение биосферы и ее окружение», в 1975 г. — труд «Пространство и время в неживой и живой природе», а в 1977 г. — «Научная мысль как планетное явление».

Несмотря на то, что эти сочинения были изданы с большими купюрами, они произвели неизгладимое впечатление на научную общественность, высветив совершенно новую, прежде неизвестную грань творчества В.И. Вернадского. Возрождению интереса к его трудам, ранее охаянным апологетами марксистской философии, способствовало прежде всего то обстоятельство, что к началу 70-х годов человечество стало осознавать, что неконтролируемая, бессистемная эксплуатация природных ресурсов, грубое и непродуманное вмешательство в окружающую нас среду в конечном итоге может привести к гибели самой земной цивилизации. Однако после кончины А.П. Виноградова комиссия практически прекратила свою деятельность.

В 1981 г. бюро Отделения геологии, геофизики, геохимии и горных наук АН СССР в связи с приближающимся 120-летием со дня рождения В.И. Вернадского приняло решение о возобновлении деятельности комиссии, во главе которой стал академик-секретарь отделения B.C. Соколов. Проведенные в 1983 г. по инициативе и под руководством этой Комиссии научные сессии лишний раз подтвердили непреходящую ценность научного наследия и актуальность идей В.И. Вернадского [11].

В 1985 г. комиссию возглавил вице-президент АН СССР академик А.Л. Яншин. Ему удалось расширить деятельность комиссии, повысить ее статус, подчинив непосредственно Президиуму АН СССР, и провести широкий комплекс мероприятий по празднованию 125-летнего юбилея В.И. Вернадского. Одной из задач реорганизованной комиссии являлась подготовка «к изданию полного академического собрания сочинений В.И. Вернадского, так как пятитомное собрание его трудов, выходившее в 1954-1960 гг., было далеко не полным» [12].

Начиная с 1987 г., параллельно с подготовкой к публикации трудов Вернадского, комиссия приступила к выпуску своего «Бюллетеня», первые девять номеров которого изданы в Ленинграде под общей редакцией А.И. Мелуа [13-20], а все остальные — в Москве под редакцией Ф.Т. Яншиной [21-27]. В «Бюллетене» не только освещалась деятельность комиссии, но и печатались оригинальные статьи, в которых с современных позиций оценивались и развивались те или иные аспекты творчества Вернадского, публиковались фрагменты его переписки с другими учеными и членами его семьи. Особое место занимают выпуски, посвященные «забытым научным новаторам» — ученым, чье творчество высоко оценивал Вернадский, но по тем или иным причинам не получившим признания у современников [23], а также его ученикам [25] и трагически погибшим в сталинских концлагерях соратникам [22].

Деятельность комиссии пришлась на смутное время перестройки и последовавшего за ней периода очередной варварской ломки жизненного уклада миллионов россиян. А.Л. Яншину и его верной помощнице Ф.Т. Яншиной при работе над изданием «Библиотеки» пришлось испытать все «прелести» переходного времени и преодолеть массу препон, связанных с небывалым в истории российской науки пренебрежением власть предержащих к науке, не понимающих, говоря словами В.И. Вернадского, что «в наше время государственное могущество и государственная сила могут быть прочными лишь в тесном единении с наукой и знанием. В беспощадной борьбе государств и обществ побеждают и выигрывают те, на стороне которых стоит наука и знание, которые умеют пользоваться их указаниями, умеют создавать кадры работников, владеющих последними успехами техники и точного мышления» [5, с. 179]. Надо было не только подобрать для каждого тома «Библиотеки» компетентного редактора, организовать подготовку текстов, сверив их с хранящимися в Архиве РАН рукописными оригиналами и прижизненными публикациями, обеспечить каждый том справочным аппаратом, добыть средства для оплаты постоянно увеличивавшейся стоимости полиграфических услуг, но и доказать своевременность и необходимость самого издания. Можно не сомневаться, что если бы не авторитет, настойчивость и убежденность А.Л. Яншина в непреходящей ценности и актуальности идей Вернадского, издание «Библиотеки» было бы обречено на провал.

Достоинство этого беспрецедентного по своей полноте издания заключается не только в том, что оно впервые без всяких купюр охватывает как уже ставшие классическими и хорошо известные профессионалам, так и ранее не публиковавшиеся научные труды по геохимии, радиогеологии, биогеохимии, подземным водам, метеоритике, биосферо-логии и другим разделам естествознания, а также по истории науки и философии. С моей точки зрения, основное значение «Библиотеки» состоит в том, что она дает возможность постигнуть масштаб личности Вернадского и как ученого, заложившего основы новых ветвей знания (генетической минералогии, геохимии, биогеохимии, радиологии, биосферологии), и как оригинального мыслителя, глубоко осознавшего место и роль человечества в эволюции нашей планеты, и как гражданина-патриота [28]. Здесь нет смысла давать характеристику научного и философского наследия Вернадского — читатель найдет ее в предпосланных А.Л. Яншиным предисловиях к отдельным томам, а также в примечаниях к ним. Вместе с тем хотелось бы обратить внимание на некоторые мысли Вернадского, имеющие непосредственное отношение к переживаемому нами периоду: они касаются научной работы и отношения к науке власть предержащих.

В.И. Вернадский прожил долгую, славную и сложную жизнь, большая часть которой прошла на фоне бурных событий, потрясших и изменивших основы российского общества. Ему приходилось творить в условиях, когда «администрация привыкла смотреть на знание и на науку как на неизбежное зло, как на опасное, хотя и необходимое орудие» [5, с. 38]. Будучи либералом и несколько наивным оптимистом, он верил, что с течением времени отношение к науке изменится и Homo sapiens, осознав свою роль и предназначение, войдет в ноосферу и будет преобразовывать ее в соответствии с научными рекомендациями. Увы, этого не случилось ни при жизни Вернадского, ни после его ухода.

Вспомним в этой связи гигантские усилия по «преобразованию Природы», предпринимавшиеся в 40-60-е годы XX столетия, губительные плоды которых мы пожинаем в наше время. И в последние 20-25 лет, несмотря на исключительно широкую популяризацию идей великого естествоиспытателя, кардинального изменения в отношении человека к Природе не произошло. Об этом свидетельствуют два простейших примера: навязываемый всеми телевизионными каналами антибиосферный и антиноосферный идиотический по сути призыв «Бери от жизни все!» и трагические в своей обыденности сообщения о лесных пожарах, уничтожающих миллионы гектаров «легких планеты» и приводящих к необратимым последствиям в биогеохимическом круговороте. Как известно, ожесточенной борьбе с преступными замыслами насилия над Природой (типа проекта поворота северных рек), пропаганде экологических знаний в свете учения о биосфере, защите окружающей среды, воплощению в жизнь идей Вернадского отдал последние годы жизни академик А.Л. Яншин. В 1992 г. Александр Леонидович создал Российскую экологическую академию.

Убежденный сторонник не только единства, но и интернациональности научного знания, Вернадский во всех своих трудах тщательнейшим образом исследовал «родословную», если можно так выразиться, научных идей, стремясь проследить их корни и эволюцию вплоть до античности. Он был уверен, что «человечество не только открывает новое, неизвестное, непонятное в окружающей его Природе — оно одновременно открывает в своей истории многочисленные забытые проблески понимания отдельными личностями этих, казалось, новых явлений. Движение вперед обусловливается долгой, незаметной и неосознанной подготовительной работой поколений. Достигнув нового и неизвестного, мы всегда с удивлением находим в прошлом предшественников» [29]. Одной из замечательных особенностей любых — не только посвященных истории науки и философии — работ Вернадского является его внимательное, я бы даже сказал скрупулезное, изучение «генеалогии» рассматриваемого им вопроса и щепетильное отношение к данным и идеям предшественников. Порой создается впечатление, что прослеживая историю какой-либо научной идеи или проблемы, он ориентировался не только (и возможно, не столько) на конкретные высказывания, сколько на мысли авторов тех или иных научных и философских произведений.

Широте и глубине освещения Вернадским истории научных исследований способствовала его тесная связь с зарубежными коллегами, а также возможность работать в мировых библиотечных центрах. Бывая за границей, он мог сравнить уровень и условия организации научной работы в России и за рубежом. Как это ни парадоксально, но уже почти столетие остаются актуальными слова Вернадского, сказанные им в 1908 г.: «Русские ученые выносят эту [научную — К.С] работу при таких тяжелых условиях, которые совершенно непонятны на Западе. Их нервы все время напряжены, время и силы идут на борьбу с ненужными препятствиями» [5, с. 166]. Именно в таких условиях проходило издание «Библиотеки».

Чтобы лучше понять ту обстановку, в которой шла работа комиссии в минувшее десятилетие, позволю себе привести одно сравнение. Как известно, В.И. Вернадский был не только великим ученым, но и блестящим организатором науки. В самый сложный и трудный период российской истории — в революционную неразбериху и в 20-е годы прошлого столетия, когда происходил массовый отток из страны высокообразованных людей, поощрявшийся и направлявшийся правительством, Вернадскому (которого самого в 1925 г. чуть было не сделали вынужденным эмигрантом, исключив из состава Академии наук) удавалось создавать новые научные учреждения. Вспомним его роль в организации Украинской академии наук, Радиевого института, Биогеохимической лаборатории и т.д.

Последний период нашей истории также ознаменовался интенсивной «утечкой мозгов», разгромом ряда организаций, непосредственно связанных с практическим воплощением идей Вернадского: речь в первую очередь идет о геологической и экологической службах страны. Проводимые по требованию властей так называемые реформы в науке и образовании вновь подтверждают правоту сказанных 80 лет тому назад Вернадским слов о том, что «государство должно дать средства, вызвать к жизни научные организации, поставить перед ними задачи. Но мы должны всегда помнить и знать, что дальше этого его вмешательство в научную творческую работу идти не может. Наука, подобно религии, философии или искусству, представляет собою духовную область человеческого творчества, по своей основе более могучую и более глубокую, более вечную, чем всякие социальные формы человеческой жизни. Она довлеет сама себе. Она свободна и никаких рамок не терпит. Этого нельзя забывать… Задачей является не государственная организация науки, а государственная помощь научному творчеству нации» [5, с. 249].

Как известно, Вернадский тяжело переживал ломку Академии наук, происходившую в 1929 г. по инициативе советской власти с целью подчинить ее («приручить», по выражению А.В. Луначарского), навязав в состав академии коммунистов, которые должны были изменить направление деятельности научных учреждений [28]. Вернадский прекрасно понимал пагубность государственной политики, направленной на деление научных исследований на перво- и второстепенные, и писал по этому поводу следующее: «Наука едина и нераздельна. Нельзя заботиться о развитии одних научных дисциплин и оставлять другие без внимания. Нельзя обращать внимание только на те, приложение к жизни которых сделалось ясным, и оставлять без внимания те, значение которых не осознано и не понимается человечеством» [5, с. 244]. С этих позиций представляются неоправданными предпринимаемые по указанию сверху попытки «реорганизовать» структуру Российской академии наук, что якобы способно повысить эффективность ее научной деятельности.

Будучи человеком неординарным, Вернадский умел совмещать научные изыскания с активной общественно-политической деятельностью: он был одним из организаторов Конституционно-демократической партии, членом Государственного совета, товарищем (заместителем) министра просвещения Временного правительства. От политической деятельности он полностью отказался лишь после октябрьского переворота, когда ему, как и другим членам Временного правительства, грозила смертная казнь. Прекрасно осознавая ничтожество и серость подавляющей массы большевистских властителей России, Вернадский призывал современников не идеализировать их, поскольку, хотя среди них встречались и выдающиеся люди, у основной массы не было «ни espris du corps [природного ума — К.С], ни блеска знания и образования, ни преданности России, ни идее государственности. В общем ничтожная и серая, жадная и мелко хищная толпа… людей, которые были готовы пожертвовать всем для того, чтобы «устроить» своих детей, получить лишние деньги» [8, с. 170]. Убийственная, но вполне приложимая и к большинству нынешних властителей и народных избранников характеристика.

В литературе последних десятилетий основное развитие получили идеи В.И. Вернадского, касающиеся биосферы и ноосферы, эволюция и современное значение которых исчерпывающим образом проанализированы в монографии Ф.Т. Яншиной [30]. Поэтому здесь нет смысла еще раз останавливаться на обсуждении основополагающей роли трудов Вернадского в этой области. Малограмотные авторы доносительских выступлений по поводу его работ давно забыты.

Казалось бы, приоритет В.И. Вернадского в формулировке основных идей биосферологии должен быть признан во всем мире. Однако с сожалением приходится отмечать, что во всех официальных документах, посвященных проблеме устойчивого развития, хотя они и опираются целиком на идеи нашего великого соотечественника, нет ни одной ссылки на его труды. Можно указать на две причины такой, мягко говоря, странной ситуации. Одна из них, несомненно, заключается в длительном замалчивании идей Вернадского в нашей стране: «критики» побеспокоились о том, чтобы новаторские мысли опередившего свое время ученого, его озабоченность судьбами мировой цивилизации как можно дольше оставались если не в забвении, то по меньшей мере в недосягаемости для широкой научной общественности на родине и за рубежом. Другой причиной является ставшее привычным (особенно с конца прошлого столетия) пренебрежение западных ученых публикациями на русском языке: в статьях и монографиях зарубежных коллег, как правило, практически не содержится ссылок на русскоязычные издания; в лучшем случае упоминаются те авторы, которые сотрудничают с зарубежными журналами. В этой связи отмечу следующее.

Прежде всего — несравненно большую эрудицию подавляющего большинства российских ученых по сравнению с их западными коллегами: ни одна серьезная работа наших авторов не обходится без привлечения и обзора не только англо-, но также франко- и германоязычной литературы по затрагиваемой проблеме. Далее, принятая сейчас у нас оценка научной деятельности наших специалистов по числу их публикаций в иностранных журналах, на мой взгляд, создает у них комплекс неполноценности. Значение научной работы определяется ее содержанием, а не тем, где опубликованы ее результаты: мысли, высказанные тем же Вернадским на страницах газет или малотиражных журналов (например, в статье «Несколько слов о ноосфере»), не стали от этого менее гениальными. Наконец, не могу не отметить еще одно обстоятельство. В последние годы редакции ряда центральных журналов отказываются публиковать статьи по «неугодной» нашим англоамериканским коллегам тематике. Так, практически перестали появляться работы, посвященные рудным формациям — проблеме, исследованием которой занимались такие выдающиеся ученые, как академики М.А. Усов, С.С. Смирнов, В.А. Кузнецов и другие.

В связи с замалчиванием в западной литературе роли В.И. Вернадского в создании учения о биосфере и ноосфере не могу не подчеркнуть еще один момент. Странным образом мимо внимания

как философов, так и большинства естествоиспытателей прошла оригинальная теория време-ни-дления Вернадского, до сих по не получившая достойной оценки. Следует напомнить, что за работы по проблеме естественно-научного определения сущности времени (точнее, пространства-времени) Вернадский подвергался не менее ожесточенным (и безграмотным) нападкам со стороны ярых сторонников диалектического материализма, чем за труды по биосферологии [1, 31]. Мне уже приходилось писать об этом [32, 33], однако кое-что следует напомнить.

Проблема времени привлекла внимание философов и ученых примерно в тот же период, когда возродился интерес к идеям Вернадского о биосфере и ноосфере. В начале 1970-х годов в США было создано Общество по изучению времени, опубликовавшее к настоящему моменту итоги восьми международных конференций. Десятилетием позже (в начале 80-х годов) в МГУ возник постоянно действующий междисциплинарный Семинар по изучению времени в естествознании. Насколько мне известно, ни в трудах общества, ни в трудах семинара анализу теории В.И. Вернадского не уделялось практически никакого внимания. Вместе с тем, судя по опубликованным в трудах 7-й и 8-й Международных конференций Общества по изучению времени, ряд зарубежных авторов развивает идеи, в принципе сходные с концепцией Вернадского, однако без каких бы то ни было ссылок на него. За редким исключением не уделяют достаточного внимания развитию идей Вернадского в этой области знания и отечественные философы. Между тем именно в рамках его теории реального времени-дления можно найти удовлетворительные ответы на те вопросы, которые ставят перед собой темпорологи — по меньшей мере, относительно свойств и статуса времени [34].

В предисловии в Бюллетеню № 14 (1995), посвященном памяти выдающегося российского ученого К.П. Флоренского, академик А.Л. Яншин напомнил, что на фронтоне мавзолея Улуг-бека близ Самарканда арабской вязью написано: царства разрушаются, религии рассеиваются, как туман, и только книги ученых остаются на вечные времена. Я думаю, что издание «Библиотеки трудов академика В.И. Вернадского» является достойным памятником не только этому великому ученому, но и А.Л. Яншину, инициировавшему и осуществившему (почти полностью) грандиозный проект в кризисных условиях минувшего десятилетия. Я искренне желаю академику Э.М. Галимову, возглавившему комиссию после безвременной кончины А.Л. Яншина, и преданной делу Ф.Т. Яншиной успешно завершить это благородное начинание. (Публикация трудов В.И. Вернадского продолжается. См. [35-37].)

Одновременно считаю своевременным и целесообразным поставить не столько перед комиссией, сколько перед Президиумом РАН вопрос о настоятельной необходимости издания, по крайней мере, избранных трудов В.И. Вернадского на английском языке, коль скоро мы хотим утвердить его приоритет в создании биосферологии и учения о ноосфере. Осуществление этого проекта хотя бы к 150-летнему юбилею нашего великого естествоиспытателя было бы достойным знаком уважения его памяти.

К.В. СИМАКОВ,

академик

ЛИТЕРАТУРА

  1. В.И. Вернадский — pro et contra. Антология литературы о В.И. Вернадском за сто лет (1898-1998) / Ред. А.Л. Яншин. С.-Пб.: Изд-во РХГИ, 2000.
  2. Вернадский В.И. Труды по биогеохимии и геохимии почв / Ред. В.В. Добровольский. М.: Наука, 1992.
  3. Вернадский В.И. Труды по геохимии / Ред. А.А. Яро-шевский. М.: Наука, 1994.
  4. Вернадский В.И. Живое вещество и биосфера / Ред. А.Л. Яншин. М.: Наука, 1994.
  5. Вернадский В.И. Публицистические статьи и речи / Ред. В.П. Волков. М.: Наука, 1995.
  6. Вернадский В.И. Труды по радиогеологии / Ред. Н.П. Лаверов, Ю.А. Шуколюков, Ф.Т. Яншина. М: Наука, 1997.
  7. Вернадский В.И. Статьи об ученых и их творчестве /Ред. С.Н. Жидовинов, Ф.Т. Яншина. М.: Наука, 1997.
  8. Вернадский В.И. Дневники. Март 1921 — август 1925 /Ред. В.П. Волков. М.: Наука, 1998.
  9. Вернадский В.И. Труды по философии естествознания / Ред. К.В. Симаков, С.Н. Жидовинов, Ф.Т. Яншина. М.: Наука, 2000.
  10. Вернадский В.И. Химическое строение биосферы Земли и ее окружения / Ред. Ф.Т. Яншина, С.Н. Жидовинов. М.: Наука, 2001.
  11. Владимир Иванович Вернадский // Материалы к биобиблиографии ученых. Серия геолог, наук. Вып. 44. М.: Наука, 1992.
  12. Яншин АЛ. О разработке научных идей академика В.И. Вернадского // Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. Л.: Наука, 1987. № 1. С. 7.
  13. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. Л.: Наука, 1987. №1.
  14. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. Л.: Наука, 1988. №2.
  15. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. Л.: Наука, 1988. № 3.
  16. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. Л.: Наука, 1988. №4.
  17. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. Л.: Наука, 1988. № 5.
  18. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. Л.: Наука, 1990. № 7.
  19. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. Л.: Наука, 1990. № 8.
  20. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. Л.: Наука, 1990. № 9.
  21. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. М: Наука, 1993. № 10.
  22. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. М: Наука, 1993. № 11.
  23. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. М: Наука, 1994. № 12.
  24. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. М: Наука, 1994. № 13.
  25. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. М.: Наука, 1995. № 14.
  26. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. М.: Наука, 2001. №15.
  27. Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. М: Наука, 2001. №16.
  28. Яншина Ф.Т. В.И. Вернадский о «переломе» в Академии наук в 1929 году (пять писем сыну из Праги) // Бюллетень Комиссии по разработке научного наследия академика В.И. Вернадского. М.: Наука, 1993. № 11.
  29. Вернадский В.И. Труды по истории науки в России. М.: Наука, 1988. С. 56.
  30. Яншина Ф.Т. Эволюция взглядов В.И. Вернадского на биосферу и развитие учения о ноосфере. М.: Наука, 1996.
  31. Яншина Ф.Т. Развитие философских представлений В.И. Вернадского. М.: Наука, 1999.
  32. Симаков К.В. К проблеме естественно-научного определения времени. Магадан: МВНЦ ДВО РАН, 1994.
  33. Симаков К.В. К истории «переоткрытия времени» // Вестник РАН. 1995. № 6.
  34. Левин А.П. Мотивы и задачи изучения времени // Конструкции времени в естествознании: на пути к пониманию феномена времени. М.: Изд-во МГУ, 1996.
  35. Вернадский В.И. Дневники 1926-1934/Ред. В.П. Волков. М.: Наука, 2001.
  36. Вернадский В.И. Труды по минералогии / Ред. М.И. Новгородова. М: Наука, 2002.
  37. Вернадский В.И. Труды по истории науки / Ред. Ф.Т. Яншина, С.Н. Жидовинов. М.: Наука, 2002.

Источник: К.В.Симаков. Неизвестное об известном (к 140-летию со дня рождения
академика В.И.Вернадского) // Вестник РАН. 2003. №3. С. 239—243.